Светлана Василькова: «Только слушая людей, можно решать проблемы»

Кандидат на должность главы Пустошкинского района Светлана Василькова – о своём опыте решения проблем и других возможностях

237
Светлана Василькова

С 2012 года Светлана Романовна Василькова — депутат Пустошкинского районного Собрания. Это не первый её опыт общественной работы и отстаивания интересов других людей: с 2005 года она состоит в Российской ревматологической ассоциации «Надежда», созданной, к слову, при её непосредственном участии, а в 2008 году она стала старшей по дому, затем — председателем совета дома. Постоянное соприкосновение с людскими проблемами заставляет вникать в каждый случай, разбираться в законодательстве, чтобы понять, какие права есть у людей и какие обязанности — у власти. К сожалению, далеко не всегда у действующей власти на первом месте её обязанности.

Основной инструмент депутата — возможность голосовать на сессиях, выражать своё мнение и мнение своих избирателей. Но решения принимаются большинством голосов. Мнение Светланы Романовны с мнением большинства очень часто расходится. Тогда остаются депутатские запросы и обращения. И – собственная принципиальность.

«В шкафах всё пахнет, одежда плесневеет»

– Светлана Романовна, сейчас идёт кампания по выборам главы Пустошкинского района. Вы не впервые участвуете в выборах этого уровня, уже будучи депутатом районного Собрания. У вас есть собственный опыт решения проблем: даже с теми инструментами, которые есть у вас как у депутата, вам удалось добиться… чего?

– Большая проблема, с которой мы работали достаточно долго и упорно, — это неканализованные двухэтажные дома на улице Октябрьской. В них живёт около 900 человек, и это их общая проблема. В эти дома проведено центральное водоснабжение, но при этом нет канализации. Водоотвод ведётся в старые люфт-клозеты, изначально предназначенные только для сбора фекалий.

Когда в эти дома провели воду, стоков стало больше: добавился смыв в санузлах, люди поставили душевые кабины. Всё это течёт под дом: здания старые, под полом первого этажа всего 20-30 сантиметров пространства. Стоки растекаются прямо под ногами у людей. В шкафах всё пахнет, одежда плесневеет.

Откачивать стоки дорого: четыре кубометра — 1000 рублей… Люди получают, скажем, 10 тысяч, а тысячу платят за удаление этих стоков. И получается к тому же, что в таких домах с частичными удобствами — с печным отоплением, централизованным водоснабжением и без водоотведения — плата выше, чем в квартирах с удобствами. Нонсенс, бессмыслица.

Сначала я обратилась в районную прокуратуру. В такой ситуации, когда подведено центральное водоснабжение, но нет канализации, спецмашины должны обеспечивать транзит этих стоков в канализационные сети. И тариф должен быть по водоотведению, а не по вывозу стоков: это хотя бы дешевле обошлось людям. Моё обращение некоторое время путешествовало по инстанциям, и в конце концов из областной прокуратуры в адрес главы района написали, что необходимо изыскать возможности для модернизации сетей, строительства дополнительной ветки канализации.

Дважды мы со Львом Марковичем (Шлосбергом, председателем Псковского регионального отделения партии «Яблоко», депутатом Псковского областного Собрания. – Ред.) подготавливали поправки в бюджет по наказам избирателей, и нынче нам выделили 7 миллионов рублей. Нас поддержала заместитель главы Пустошкинского района — председатель комитета по ЖКХ и дорожному хозяйству Ольга Владимировна Корогод, она тоже писала обращения. По крайней мере, у нас будет проект модернизации сетей водоотведения с учётом необходимости присоединения этих домов к сетям. По логике с готовым проектом проще претендовать на участие в каких-то программах, привлекать финансирование.

Но что в действительности будет дальше с этим проектом — сильно зависит от позиции и активности главы района. Можно и готовый проект на полку положить и дальше ссылаться на то, что нет средств (как будто у людей запас этих средств неисчерпаемый, чтобы запросто платить за вывоз стоков по соответствующему тарифу).

Вы понимаете, ведь решение о подключении домов к централизованному водоснабжению тоже принималось на уровне главы района. Но в результате это только осложнило жизнь людям, которым теперь приходится за некомфортное существование платить очень существенные суммы. Эффективным ли было это решение? Время показывает, что нет, не слишком. И приложить усилия, чтобы довести начатое «благоустройство» до конца, в какой-то мере даже дело чести и совести.

Но, поскольку у нас доход главы района практически не зависит от результативности его труда, человеку на этом месте, может быть, проще жить по принципу «моя хата с краю»: зачем дополнительная головная боль и суета, участие в каких-то программах, если можно и без этого получать зарплату? Вот это-то и печально, когда человек исполняет свои обязанности так, как ему удобно. Вроде что-то сделал для людей, а как они дальше с этим живут — вопрос другой.

«Деньги с собственников берут, но за что именно и сколько?»

– В сфере жилищно-коммунального хозяйства, я помню, были претензии ещё и к управляющей компании. И не только в части обслуживания жилья, но и в части открытости расчётов. И альтернативы у людей нет?

– Нет. У нас муниципальная управляющая компания, выбирать не из кого. А добиться чего-то крайне сложно. По закону информация о работе управляющей компании должна быть в открытом доступе, на сайте ГИС ЖКХ. Управляющая организация обязана разместить информацию о перечне предоставляемых коммунальных услуг, услуг по управлению общим имуществом в многоквартирных домах, о выполняемых работах по содержанию общего имущества, текущему ремонту, об объёме, качестве и периодичности предоставления или проведения и стоимости указанных услуг, работ с указанием использованного порядка расчёта стоимости, а также расчёт стоимости и соответствующие договоры на оказание данных работ и услуг. Этого нет, и даже добыть эту информацию каким-то специальным способом невозможно. Люди, которые запрашивали калькуляцию, обоснование платежей, так ничего в ответ и не получили. Деньги с собственников берут, но за что именно и сколько?

В 2013 году закончился старый договор управления, людям было предложено подписать новый. И многие дома, собрания собственников, не соглашались с условиями договора. Там, в частности, не была никак регламентирована процедура отчетов управляющей компании перед собственниками. Расценки были разработаны — за бюджетные деньги — вологодской аудиторской фирмой.

Стали запрашивать эти расчёты, детали — оказалось, что там какие-то конфиденциальные условия, неразглашение… В общем, единственное, чего добились собственники, так это итоговая цена, без детализации. Жильцы одного дома отказались подписывать новый договор — в доме отключили газ. Есть, конечно, «приличное» объяснение: мол, это по вызову было сделано, кто-то пожаловался, что газом пахнет…

Работа муниципальной управляющей компании — это тоже показатель работы главы района. Администрация района может через контрольно-счётный орган проверить, как расходуются средства. Но и тут активности ноль. Если проводится проверка, то ничего «такого» не находят, как правило. Да и что можно «такого» обнаружить, если результаты проверки по восьми муниципальным программам — восемь строчек?

– А как в районе идёт работа с региональными операторами? На сегодня две структуры имеют такие представительства: Фонд капремонта и оператор по обращению с твёрдыми коммунальными отходами?

– Что касается капитального ремонта, то у нас многие дома приняли решение собирать деньги на спецсчёт. Пока отремонтированы два неканализованных двухэтажных дома. Сделали красивые фасады, крышу заменили, а нечистоты из люфт-клозета текут по двору.

С мусором с началом реформы мало что изменилось. Сколько контейнеров было возле многоквартирных домов, столько и есть. От частного сектора нужно нести мусор за километр-два. По-прежнему отходы вывозит муниципальное предприятие «Горкомхоз»: они субподрядчики. Плата в многоквартирных домах увеличилась в два, а то и в четыре раза: смотря сколько народу прописано. В общем, стало дороже — и всё.

«Для проведения уроков порой приходится докупать что-то из своих средств»

– Есть много достаточно предметных претензий к жилищно-коммунальному обслуживанию, а что происходит в социальной сфере? Со здравоохранением понятно: это регион, полномочий у района практически нет…

– Да, и тут функции главы района в основном сводятся к тому, чтобы последовательно взаимодействовать с губернатором, обозначая потребности жителей в медицинском обслуживании. На уровне муниципалитета есть возможности способствовать привлечению медицинских кадров. Но про историю с предоставлением служебной квартиры человеку, который даже в списках претендентов на такое жильё никак не фигурировал, мы уже говорили (речь о предоставлении муниципальной квартиры, зарезервированной под служебное жильё для медиков, на тот момент директору Пустошкинской типографии Александру Терентьеву. — Авт.). Если бы в то время, как он занимал это жильё, обнаружилась потребность в жилплощади для врача, эта потребность осталась бы неудовлетворённой.

Кроме того, удалось выяснить, что эта квартира достаточно долго простояла пустой: в июне 2018 года Терентьев выиграл конкурс на замещение руководящей должности в Псковской областной типографии. Но выписался из пустошкинской (муниципальной) только в январе 2019 года. И всё это время формально квартира была занята. Вряд ли это можно назвать добросовестной работой по поддержке медицинских кадров, когда вместо того, чтобы стремиться привлечь врача на работу служебным жильём, это служебное жильё используют не по профилю.

– Образование тем не менее остаётся муниципальным. Есть обращения по этой теме?

– Сейчас острых вопросов нет (по крайней мере, ко мне с ними сейчас не обращаются), но несколько лет назад очень болезненным было объединение — или, точнее, филиализация — школы в деревне Гультяи. Постановлением администрации района было создано новое образовательное учреждение — Пустошкинская сельская общеобразовательная школа: головное учреждение в Вербилове, а филиалы — щукинский, забельский и гультяевский. В Гультяях сначала обещали, что их школу сделают центром объединения, но вышло как вышло. И теперь если в основное учреждение ещё как-то попадает финансирование, то гультяевские педагоги жалуются, что им для проведения уроков порой приходится докупать что-то из своих средств.

С детскими садами проблем особых нет. Но у нас рождаемость какая? Правильно, никакая. Потому и в детский сад очередь не стоит. Молодые люди уезжают из Пустошки на учёбу и больше сюда не возвращаются, к сожалению.

«Для людей была возможность работать здесь, в Пустошке»

– А это уже вопрос рабочих мест.

– Да. И как администрация района работает на обеспечение рабочих мест, мы тоже видим — на недавнем примере хлебокомбината, а раньше видели на примере молокозавода. Я снова вспомню про те два торговых павильона, которые были построены хлебокомбинатом на собственные средства, а потом включены администрацией в план приватизации. И вырученные за это имущество средства не были вложены в развитие производства, в поддержку хлебокомбината — они пошли «на управление»: это статья, позволяющая оплачивать труд работников самой администрации.

А хлебокомбинат, на котором оставалось около 40 рабочих мест, прекратил свою деятельность. Пусть это было 40 рабочих мест с не самой большой зарплатой, но это для людей была возможность работать здесь, в Пустошке. Больше этой возможности нет.

С молокозаводом была очень похожая ситуация — смена организационно-правовой формы, остановка производства, вывоз оборудования… Но эффект был более драматичным из-за того, что с закрытием производства не только рабочие места исчезли, но и у местных жителей исчезла возможность сдавать молоко. Люди держали по 3-4 коровы и, сдавая молоко в переработку, получали какие-то деньги. А в деревне и тысяча рублей — это много.

Со скотом, который в деревнях держали, такая ещё история… Вот люди держат корову, выгоняют её пастись. А земля никак не оформлена и по факту этим людям не принадлежит, но они ею пользуются. А потом на землю находится покупатель. С одной стороны, вроде «сами виноваты», а с другой — это тоже недоработка администрации: в части информирования, разъяснительной работы. Часто люди узнавали о том, что вот этот кусок, используемый под пастбище, им больше недоступен, только когда там новый собственник начинал работы. И изменить уже ничего было нельзя.

– Это уже вопрос контакта власти с людьми: насколько власть открыта, готова сотрудничать с людьми, быть на их стороне?

– Да. Я считаю, что правильный глава района должен быть постоянно на связи со своими избирателями, с людьми. Районная газета как такое средство связи сейчас уже не работает. Но возможность быть на связи есть — выходи в социальные сети, реагируй, включайся. Только зная проблемы, их можно решать. А чтобы знать проблемы, людей нужно слышать.

Беседовала Ольга ВОЛКОВА.