Неправда ваша

Сельские школы, как могут, пытаются доказать, что имеют право на жизнь.

309
Закрытая сельская школа
Вывеска ныне закрытой основной школы в деревне Чернуха Невельского района.

Воспитательная и методическая работа, подвоз детей в школу, новая система оплаты труда, филиализация и оптимизация, нормативно-подушевое финансирование и класс-комплект – чего ни коснись, увидишь проблему. В нулевых гремели известия о нацпроектах, поставках современного оборудования в школы и повсеместной интернетизации образования. В десятых то и дело звучат новости об очередном слиянии, закрытии, упразднении, сокращении. Никакие интерактивные доски не справятся с такой бедой, если нет взвешенной и человечной политической воли.

Семь из десяти жалоб в разделе «Популярное» на псковском губернаторском сайте так или иначе касаются проблем образования. Пишут представители педагогического сообщества из Новосокольнического, Невельского, Островского, Псковского районов. Если не пишут из других районов – это не значит, что школьной проблемы там нет…

Класс-комплект

«Хочется понять, почему везде говорится одно, а по факту происходит другое. Выступая на Всероссийском педагогическом собрании, Ольга Голодец отметила, что из 48 тысяч школ России почти 26 тысяч являются сельскими и «наша задачасделать так, чтобы стандарт обучения и качество образования в сельской и городской школе ничем не отличались». На том же собрании Министр образования РФ призывал не экономить на малокомплектных сельских школах», – это цитата из коллективного обращения учителей Лёховской школы Невельского района (теперь – филиала МОУ «Гимназия г. Невеля»).

В Лёховской школе образование сегодня принимает причудливые формы. С 1 сентября 2015 года здесь на добровольной основе объединили обучающихся в 6 классов-комплектов (1-4 классы, 5-6 классы, 7 класс, 8-9 классы, 10-11 классы, 7, 9 классы КРО – коррекционно-развивающего обучения). Но на известие о том, что с 1 января 2016 года планируется дополнительное объединение, педагоги взвились: куда уж дальше укрупнять! Может, вообще учить уму-разуму всех скопом – от грудничков до престарелых?

«Не надо быть экспертом, чтобы понять невозможность получения достойного образования в классахкомплектах, состоящих из учащихся разного возраста трёх или четырёх учебных параллелей. Такое следует назвать грубейшим нарушением прав детей на достойное образование», – замечает профессор, доктор педагогических наук Евгений Степанов.

«Благодаря» организационным талантам администраторов от образования, наука педагогика оказывается бессильной. А это – дополнительный повод объявить сельское образование неэффективным и упразднить как вид.

«Сами себя почикали»

Учителя пишут, жалуются. Но всё, что они могут сделать, чтобы продлить существование своей школы, — отказаться от зарплаты.

– Чтобы нас не бросились дооптимизировать, мы сами себя «почикали», – говорит Любовь Жильцова, учитель математики в Харлапковской основной общеобразовательной школе и депутат от партии «ЯБЛОКО» в Псковском областном Собрании. – Мы своими руками резали себе зарплаты перед Новым годом. Вот, к примеру, «вилка» проверки тетрадей – от 4 рублей до 30, и само учреждение в пределах своего зарплатного фонда решает, кому сколько. У нас было кому 8, кому 10 рублей, в итоге всем осталось по 4. Заведование кабинетом – в процентах от должностного оклада, максимально до 10%. У нас было порядка пяти процентов. От этого тоже отказались самостоятельно. А как иначе, если на оплату труда по году не хватает 200 тысяч? Тут дело простое – либо вы кого-то убираете, либо сами себе обрезаете зарплаты. И мы выбрали второе.

Будучи депутатом Псковского областного Собрания и видя процесс регионального нормотворчества изнутри, Любовь Жильцова не понимает – как её коллеги, депутаты (среди которых есть и учителя!), принимают такие губительные решения.

Ученики спасённой от закрытия Харлаповской средней школы
Ученики спасённой от закрытия Харлаповской средней школы празднуют её 135-летний юбилей.

Оптимизация, столь часто упоминавшаяся при прежнем губернаторе, Михаиле Кузнецове, сменилась в бытность главой региона Андрея Турчака филиализацией. Провозглашён курс на «сокращение АУПа» – административно-управленческого персонала и превращение самостоятельной сельской школы в филиал, как правило, крупнейшего в муниципалитете образовательного учреждения. Якобы эта мера позволяет, благодаря централизации управления учреждением, экономить бюджетные средства, продолжая при этом оказывать качественные образовательные услуги. Однако на деле получается, что сокращениям подвергается не только пресловутый АУП, и нормально работать урезанная школа уже не в состоянии.

Вот как это выглядит, по свидетельству непосредственной участницы процесса – Людмилы Гультяевой, учителя информатики и экономики: «Документооборот в филиалах находится в кризисе (здесь расстояние имеет значение), диспетчер за 7 тысяч рублей (без вычета налогов) должен выполнять работу директора, замдиректора по учебно-воспитательной работе, замдиректора по воспитательной работе, делопроизводителя, завхоза, сторожа. Не много ли денег вы оставили людям на местах? Может быть, ещё сэкономить?»

Такого быть не должно, но почему-то оно есть

«Объясните, пожалуйста, какой положительный эффект для учеников, их родителей, педагогов появится после того, как мы (Новохованская средняя общеобразовательная школа Невельского района) станем филиалом городской школы (гимназии Невеля) на расстоянии 16 километров? – задаёт новый вопрос Людмила Ивановна. – Решения о сокращении «избыточного» управленческого персонала и включении малокомплектных сельских школ в комплексы должны приниматься после рассмотрения каждой школы в отдельности. Реорганизация касается, в первую очередь, участников образовательного процесса: обучающихся, их родителей, педагогов, администрации. У нас есть полное право участия в обсуждении, но в данном случае людей ставят перед фактом. Такого быть не должно!»

48 обучающихся и 13 педагогов. Новохованскую школу нельзя назвать неэффективной – хотя бы по тем результатам, которые показывают ученики на конкурсах и соревнованиях и далее, поступая на бюджетные места вполне приличных вузов. Но – «маловато будет».

Людмила Гультяева, сама успешный и неоднократно отмеченный участник профессиональных конкурсов, пишет свои письма куда-то «наверх», в ответ получая только новые преобразования в системе.

«Если БОЛЬШИНСТВО педагогов нашей области (публично, в кулуарах, между собой) говорят, что новая система оплаты труда, реорганизация школ – это плохо, то почему наша власть никак на это не реагирует? Может быть, мы сами не поняли, что всё хорошо?»

И ведь школы действительно вроде как никто не собирается закрывать. Их просто подводят к мысли, что закрытие – единственная реальная перспектива.

Потому что отпущенных финансовых лимитов хватит только на амбарный замок – символ финала.

Сельские жители, в семьях которых есть дети-школьники, подумывают о том, чтобы перебраться в город – поближе к цивилизации, один из ключевых признаков которой – возможность получать образование по месту жительства.

Речи высокого

Однако рапорты чиновников не похожи на сигналы бедствия. Вот что говорится с разновысоких трибун.

Губернатор Псковской области Андрей Турчак: «Филиализация школ позволила сохранить доступность образования».

Первый заместитель губернатора Псковской области Вера Емельянова: «При проведении реорганизации в образовании власти будут руководствоваться принципом «не навреди». Реорганизация системы образования направлена в первую очередь на повышение эффективности бюджетных расходов, без ущерба для качества и доступности образовательной услуги».

Начальник государственного управления образования Псковской области Александр Седунов: «Ни одна школа региона в рамках реорганизации системы образования закрыта не будет. К каждому муниципальному образованиюподход индивидуальный».

На деле – дети по полтора-два часа едут до школы, а учителя малокомплектных школ собственными руками режут себе зарплаты и «добровольно» отказываются от доплат и надбавок, чтобы совсем не лишиться работы.

«Эффективно, качественно, доступно». Да-да.

Как бы сделать «эффективность» ещё более «эффективной» – этот вопрос по-прежнему не даёт покоя администраторам всех уровней. Была, например, попытка издать такой приказ по области: рассчитывать число ставок  административно-технического персонала (школьных «техничек») не по метрам, а по числу учеников. То есть на здание площадью 11 тысяч квадратных метров могли остаться всего две ставки уборщика. Пока этого удалось избежать, спасибо профсоюзам.

Практика показывает: никакие сокращения и урезания не дают властям эффекта экономии бюджетных средств – кроме одного. Полного закрытия школы. Об этом не говорят, но именно к этому ведут.

Правда и неправда

– За последние три года идёт последовательное сокращение нормативов финансирования во всех трёх категориях школ – я имею в виду городские, сельские и малокомплектные, – говорит Любовь Жильцова. – Недофинансирование. В бюджет изначально закладывается сумма, не позволяющая обеспечивать учебный процесс. Страшное дело с муниципальными бюджетами, из которых должны финансироваться мероприятия по антитеррористической защищённости, по соблюдению санитарных правил и норм, норм пожарной безопасности. В среднем норматив «худеет» на 5% в год.

Власть идет не с того конца, уверена Любовь Васильевна:
– По уму должно быть так, что существует учреждение, которому надо реализовывать определённые задачи, программы, и на это нужен определённый объём средств. А у нас всё исходит из суммы, которую власть позволила себе выделить на школу.

Если деньги кончились, а период, на который эта сумма была отпущена, – нет, то остаётся одно: закрываться.

– Они хотят, чтобы мы без шума и пыли сделали это своими руками – поняв, что нам не на что существовать. Честнее было бы говорить о закрытии прямо, без обиняков. Они же повторяют как мантру – ничего не закрываем, зарплата увеличивается, все остаются при своих, учителя работают, дети учатся по месту жительства, – продолжает Любовь Жильцова. – Больше всего именно это режет – неправда.

А чистая правда очень проста: всё, что закрывается, превращается в руины. Здания брошенных школ представляют собой страшное зрелище. Жизнь в селе, оставшемся без школы, постепенно и быстро сходит на нет.

«Сельские школы имеют право на существование», – несмотря ни на что уверены педагоги. Почему-то, вопреки всему – уверены.

Ольга ВОЛКОВА.