Крестьянский ген

У жителей деревни Усть-Долыссы нет ощущения, что их родная земля принадлежит им.

138
крестьянский ген
Станислав Кучинский.

Деревня Усть-Долыссы во всех смыслах примечательна для Невельского района. Когда-то именно здесь находился районный центр, а теперь располагается волостной. Люди тут ежедневно сталкиваются с обычными хлопотами, характерными для сельской жизни. Они не жалуются и продолжают трудиться. Более того, про крестьян из Усть-Долысс снимают фильмы, которые побеждают на международных кинофестивалях. Но при огромной любви к своей земле люди ждут перемен к лучшему.

Станислав Игнатьевич Кучинский – коренной житель деревни. Он здесь родился, вырос, а потом уехал из деревни на продолжительный срок, но все равно вернулся. Последние 40 лет он живет здесь. Сейчас он обосновался на хуторе по соседству с Усть-Долыссами, где долгое время вел фермерское хозяйство, которое в конечном счете пришлось ликвидировать. Он не понаслышке знает, что такое крестьянский труд. Станислав Игнатьевич помнит разные Усть-Долыссы, и ему обидно, что усилиями властей разного уровня жизнь в деревне стала куда сложнее.

«Многое поменялось после того, как вступил в силу 131-ФЗ о местном самоуправлении. До его принятия вы могли прийти в волость, написать заявление и получить, например, землю в собственность или разрешение на строительство. На месте мы могли заключить брак и зарегистрировать его в волости, получить свидетельства о рождении и смерти. Теперь всё это делается в районе, хотя в 131-ФЗ было написано, что услуги должны предоставляться в шаговой доступности. Теперь надо куда-то ехать… Мало того, в это же время были отменены почти все автобусы, у человека нет банальной возможности добраться до райцентра», – говорит Станислав Игнатьевич.

Как человек труда, долгое время проработавший в совхозе, он уверен, что земля собственника начинается у порога его дома. Поэтому никто не может быть большим ее хозяином, чем живущей на этой территории человек. Но теперь у него пропало ощущение, что земля принадлежит людям.

«Сейчас земля на самом деле не совсем в собственности людей. Если власть захочет, она может отобрать ваш участок. Причём она решает, эффективно я использую эту землю или нет. А кто установил коэффициенты эффективности? Где они прописаны? Поэтому в сегодняшней России власть легко может отобрать вашу землю, стоит ей только захотеть», – грустно замечает фермер.

Свое КФХ имени Столыпина Станиславу Игнатьевичу пришлось ликвидировать, поскольку надзорные органы и муниципальные чиновники не давали нормально вести хозяйство. Он даже написал стихотворение по этому поводу:

Чиновники, бандиты, воры,
вся коррумпированная власть
Как хищники, как мародёры,
России страшная напасть
Уже который год подряд
на шее нищего народа
сидят и грабят этот край
Всё дальше, больше
год от года…

Ему обидно, что в родной деревне нельзя открыть производство. На всякие согласования у крестьянина уйдет несколько лет. А потом к нему придут пожарники, санэпидстанция и прочие надзорные органы.

Как и большинство других людей, оставшихся жить в Усть-Долыссах, Станислав Кучинский любит свою деревню и всегда с интересом рассказывает, откуда произошло название населенного пункта. Об этом его часто спрашивают, и он всякий раз объясняет, что деревня появилась на устье реки, вытекающей из озера. А поскольку неподалеку уже была деревня Долыссы, то произошел перенос топонима и появилась новая деревня.

Станислав Игнатьевич был одним из тех, кто строил дома в деревне: «Когда Хрущев дал паспорта крестьянам и колхозы объединились в большой совхоз, Усть-Долыссы уже были районным центром. Тогда он стал укрупняться еще сильнее, началось его бурное развитие. В 1953 году я работал на стройке первых домов в Усть-Долыссах, мне было 15 лет. Потом уехал, а вернулся в 1978 году. Тогда тут был крупный животноводческий совхоз. На одном комплексе было более 2000 голов крупного рогатого скота. Я некоторое время проработал там инженером».

Уехать на соседний хутор Кучинский решил в 90-х. В Усть-Долыссах у него был участок размером в четыре сотки. Фермерское хозяйство на таком ограниченном пространстве при всем желании не развернешь. По его словам, раньше в Невельском районе было предостаточно КФХ, но теперь их почти не осталось. Во многом потому, что трудно сбывать продукцию. Станислав Игнатьевич уверен, что необходимы закупочно-сбытовые кооперации. Фермер считает, что в цепочке «производитель – переработчик – продавец» производитель становится самым уязвимым звеном, и его просто грабят. Остальные же стремятся хорошо жить за его счёт. Поэтому доход должен распределяться в соответствии с затратами труда.

Однако сейчас это просто невозможно, уверен фермер. Он объясняет: сам производитель не может в одних руках это всё реализовать. Ему попросту некогда стоять на рынке, чтобы продавать свою продукцию.

В пример Станислав Игнатьевич приводит Индию, которая несколько лет назад вышла на первое место в мире по производству молока. Там государство организует кооперативы, а потом передаёт их крестьянам. Те же по своей природе и из-за разрозненности не могут организоваться самостоятельно.

«У нас кооперативы не функционируют, потому что для них не разработана достаточная законодательная база. Мало того, они вообще не защищены государством, оно или не видит, или не замечает, или не хочет видеть. Если бы даже крестьяне сами организовались, они оказались бы не защищены», – считает Кучинский.

…В прошлом году на международном кинофестивале «Сталкер» главный приз за лучший документальный фильм взяла картина «Крестьянин» Вячеслава Орехова. Главный герой в ней – Станислав Игнатьевич Кучинский. Вот, например, выдержка из одной рецензии на картину:

«По признанию Орехова, отъезд из города помог обрести ему внутреннюю свободу и душевную гармонию. Герой его последнего фильма — 80-летний фермер Станислав Кучинский. Удивительный человек, неутомимый труженик, сельский интеллигент и философ. Его хутор – его государство, где ему никто не навязывает, как жить и чем заниматься. Рабский труд неэффективен, чего большевики так и не поняли, говорит Кучинский. Он сам себе хозяин, самодостаточный, жадно влюблённый в жизнь».

Это полнейшая правда, жители Усть-Долысс любят жизнь и свою землю. У Станислава Игнатьевича была возможность уехать в Швецию в 1991 году, но он говорит, что крестьянский ген не позволил и толкнул на землю.

Теперь Кучинский вместе с другими местными жителями старается, чтобы этот ген из Усть-Долысс никуда не исчез.

Владимир КАПУСТИНСКИЙ.